– Я в порядке. Правда. С вашей стороны было так мило пожить здесь. Сара – просто образцовый ребенок, хорошо спит ночью, совсем не будит меня. А когда я выйду на работу, то смогу брать ее с собой. Мы прекрасно справимся.

Глаза матери наполнились слезами.

– Не могу поверить, что такое могло случиться с тобой, моя девочка! Ну почему Грег дал себя застрелить? Почему в твои двадцать семь лет ты должна остаться вдовой, да еще к тому же с ребенком на руках?! А ведь как я просила тебя перебраться к нам, когда Грега убили! Тогда моя внучка не появилась бы на свет на обочине! Все было бы хорошо, если бы ты согласилась вернуться в родительский дом! Ты сама приговариваешь себя к несчастному, одинокому существованию!

Лоис содрогалась от рыданий. Харв Джексон обнял ее заботливой рукой и повел прочь из комнаты, но, дойдя до порога, обернулся.

– Поспи немного. Ли. Постарайся отдохнуть и набраться сил до нашего отъезда.

Он закрыл за собой дверь, и Ли откинулась на подушки. Иногда ей удавалось забыть о своем печальном положении, но каждый раз какой-нибудь заботливый человек – а чаще всего ее мать – ненавязчиво напоминал ей обо всем.

Боль утраты после убийства Грега порой была просто невыносимой. Ли всегда боялась, что такое может произойти, почти предчувствовала неизбежность этого, с ужасом ждала рокового часа, но когда это случилось, она оказалась абсолютно не подготовленной. Ее потрясла, ошеломила внезапность гибели мужа, ее жестокость, но главное – что уже ничего нельзя вернуть.

В ночь накануне убийства они долго говорили.

– Куда ты теперь? – спрашивала Ли.

– Я не могу тебе сказать, милая, не спрашивай меня ни о чем!

– На границу?

– Ли, прошу тебя, не устраивай мне допрос каждый раз, когда я отправляюсь на задание! – Он помолчал, складывая вещи, потом встал, уперев руки в бока. – Как ты думаешь, могу ли я нормально работать, если каждый раз ты провожаешь меня слезами и упреками? Ты до свадьбы знала, чем я занимаюсь, но согласилась выйти за меня и сказала, что все выдержишь.